Закон об охране здоровья начинает статью о согласии словами «необходимым предварительным условием медицинского вмешательства». Это юридическая конструкция, а не пожелание: пока условие не выполнено, вмешательство неправомерно независимо от того, помогло оно или нет. Причём согласие должно быть информированным — данным на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах, связанном с ними риске, возможных вариантах вмешательства, его последствиях и предполагаемых результатах.
Отсюда два самостоятельных нарушения, которые в делах часто смешивают. Первое — согласия не было вовсе. Второе — подпись есть, но информация не предоставлялась: пациенту дали бланк перед операцией, ничего не объяснив, либо согласие бралось на одно вмешательство, а выполнено было другое. Второе нарушение доказывать труднее, но по закону оно ничем не легче первого.
Форма имеет значение. Согласие содержится в медицинской документации гражданина и оформляется документом на бумажном носителе, подписанным гражданином и медицинским работником, либо электронным документом с усиленной квалифицированной или простой электронной подписью. Устного согласия закон не знает, и ссылка клиники на то, что «пациент не возражал», юридического значения не имеет.
Исключения перечислены в части девятой статьи 20 и их шесть. Экстренные показания для устранения угрозы жизни, когда состояние не позволяет выразить волю и нет законных представителей. Оказание скорой помощи вне медицинской организации при угрозе жизни, если до начала помощи не было заявлено отказа. Заболевания, представляющие опасность для окружающих. Тяжёлые психические расстройства. Лица, совершившие общественно опасные действия. Судебно-медицинская и судебно-психиатрическая экспертиза. Паллиативная помощь, когда состояние не позволяет выразить волю и нет представителя.
И самое главное для дела: закон отдельно называет, кто принимает решение. В экстренных случаях и при опасных для окружающих заболеваниях — консилиум врачей, а если собрать его невозможно, непосредственно лечащий или дежурный врач с внесением решения в документацию и последующим уведомлением руководства и пациента. При тяжёлых психических расстройствах и в отношении лиц, совершивших общественно опасные действия, — только суд. При паллиативной помощи — врачебная комиссия, а при невозможности её собрать — консилиум или лечащий врач. Отсутствие такого решения в карте разрушает ссылку на исключение целиком.